Владимир Трифонов - Кронштадт - Таллин - Ленинград (Война на Балтике в июле 1941 - августе 1942 годов)

В 17 часов команда: "БЧ-2 на верхнюю палубу чистить привезенное вооружение". Привезли несколько старых однозарядных противотанковых ружей, ручных пулеметов, 8 ППШ, 14 винтовок. Винтовки и ППШ выпуска 42-го года. Обработка грубая, стволы и другие металлические части не вороненые, магазины к пулеметам едва подходят. ППШ - очень простого устройства. Похоже, что это оружие привезли нам на случай прорыва немцев в город в район завода. Не верится, что это может случиться.

После ужина закончили чистку оружия и пошли смотреть кинофильм "Зори Парижа".

Заступил на вахту к боезапасу в 3-ю смену.

12 июля. Воскресенье.

В двенадцатом часу ночи к морскому каналу прошли 3 эсминца. Через некоторое время открыли огонь наши береговые батареи, похоже, что из трех-четырех мест. Как только они прекратили огонь, немцы открыли огонь по эсминцам. Наши батареи снова открыли огонь. Результаты мне с поста не были видны. Кузнецов и Сидорчук лазили на большой кран, но что они видели - не знаю. Я слышал только, как дежурящий на крыше Кораблестроительного института докладывал: "На заливе прожектор. На заливе две осветительные ракеты. Еще две осветительные ракеты с самолета". Делаю вывод: немцы старались не пропустить эсминцы в Кронштадт.

Утром попили чайку, сходили к орудиям, и я лег поспать после ночной пахты. Проспал до 11.55. После обеда снова спал до 16.30. Хотя после обеда привезли боезапас, Панов меня будить не стал, и боезапас перетащили без моей помощи. Зато после вахты мне пришлось перетирать боезапас, переданный нашему орудию. В одном ящике 3 снаряда выпуска 1941 года вертелись в гильзах, а у Агафонова один снаряд даже вынимается из гильзы.

Завтра на вахте не стою, значит, буду таскать боезапас. 10 человек завтра пойдут с боцманом работать на Канонерский завод. Как это я не попал в эту команду?

Послал письма Андрею и Алику.

13 июля. Понедельник.

С утра дождь. В 10.00 политзанятие. Тема: "Болтовня о непобедимости немецких войск - сказка, сочиненная немецкими пропагандистами".

1. Разгром псов-рыцарей в 1242 году на льду Чудского озера.

2. Поражение Фридриха 2-го в Семилетней войне.

3. Поражение немцев под Нарвой, Псковом, на Украине в 1918-19 гг. Эти события в истории нашей родины мне достаточно знакомы, и я их не записывал. Итог занятия фашистскую армию считали непобедимой потому, что она до сих пор не встречала серьезного сопротивления на континенте" (Сталин, доклад 3.07.41 г).

После политзанятий тренировка на боевых постах, осмотр противогазов и обед. Кузнецов теперь помощник командира корабля, так что на камбузе дежурит Панов. Получили 4 порции на троих. Котлету - Попову. Санин до 20 часов отпущен в город. Сулико и Климович сегодня направлены на курсы младших лейтенантов. Хлеборезом теперь Агафонов.

С 14 часов перетаскивали боезапас. На мои плечи досталось 12 ящиков снарядов. Сделали стеллаж рядом с первым стеллажом у цеха завода. На вахту у трапа и у боезапаса ставят теперь и из боцманской команды, и из БЧ-5. Давно пора их пускать в дело. До ужина просидел на мостике с дежурившим там Манышиным, почитал.

Заступаю на зенитную вахту во 2-ую смену, но, так как Мироненко в городе, заступил вместо него в 1-ю.

Послал письмо домой, получил письмо № 24 от 30 июня от Андрея. На мостике написал две страницы письма Андрею.

На камбуз одним рабочим назначен Рогозин. Удивительно!

14 июля. Вторник.

Ночь и утро прошли спокойно. С 8.30 до 9.30 общекорабельное боевое учение. За установщика прицела и целика - я, за наводчика - Панов, т.к. Ракитин стоит на вахте у боезапаса, а Рощин - на камбузе. После учения вымыл банкет, привел в порядок пушку и в кубрик.

Далее по расписанию - осмотр обмундирования. У меня нашли непорядок книги под подушкой. Велели убрать в рундук, а у меня там и так черт ноги сломит. Так и оставил на койке. После обеда дописал письмо Андрею и отправил его с Гагариным на почту. Всю вахту дочитывал "Трое" Горького.

Ровно в 15.00 послышались знакомые выстрелы. Прислушиваюсь. Вроде совсем низковато, но не свист, а какое-то шипение. Значит, снаряд уже идет "на посадку" и совсем близко. Быстро скатываюсь с мостика в жилую палубу. Снаряды рвутся за 17-тым цехом. Сразу же открыли огонь наши батареи. Через 15 минут я вышел на палубу - тихо. Сдал вахту на мостике и в кубрик.

После вахты дочитал Горького. Сегодня Дедион принес несколько связок книг. Среди них заметил полное собрание сочинений Горького. Гагарин принес открытку из дома от 5.07 и письмо от Жени Преображенской от 3.07. Мама опять пишет о Военкомате и о школе, но более подробно - что делать и что говорить. На политинформацию не пошел. Вечером передвигали на другое место наш большой кранец.

В 12-ом часу ночи вскочил от какого-то шума. Думал, что уже побудка. Но в иллюминаторе темно. Оказалось, что кое-кого списывают.

15 июля. Среда.

Без четверти час ночи разбудили идти на зенитную вахту вместо Румянцева. Пришлось идти. На сей раз разговоры оправдались - списывают 12 человек, из них 11 из нашей БЧ, а из БЧ-5 только один, Федосеев. От нас уходят: Шелепов, Румянцев, Путилин, Ипполитов, Рощин, Кравцов, Кривенко, Агафонов, Понтус, Смирнов и Чиков. Первых четверых ничуть не жалко. Понтус вчера нашел у Шелепова в кармане деньги и узнал их, т.к. они были наколоты им булавкой. Сообщил об этом командиру БЧ, тот - военкому. Жаль, что поздно Понтус это открыл. Надо бы Шелепову годков 5 за воровство дать. Пришлось ему расставаться с машиной.

Военком говорит, что их направят на Ладогу. Этому ребята рады. Военком так и пожелал им заслужить блестящую штучку на грудь. У всех, смотрю, совсем небольшие вещмешки, а мой - не дотащить из-за большого количества книг. Надо их когда-нибудь сплавить к тете.

Послал длинное письмо домой. Оказывается, есть еще один шанс в случае неудачи с директором спецшколы. Написал письмо командиру роты Похвалле.

Оба письма послал сегодня.

После вахты спал в рулевой рубке, чтобы не гоняли на зарядку. Утром дали по 15 г селедки. Здоровые они, жирные. И масла по 20 г. Селедку в завтрак доесть не успел и докончил после вахты. Сменившись с вахты, уснул на мостике и проспал до 12 ч. и прямо с мостика на обед. На вахте читал "Лже-Дмитрия" Мордовцева.

Прибыли к нам трое радистов. Двое выехали из Махач-Калы 20 июня, третий - из Горьковской области, мобилизован в апреле.

16 июля. Четверг.

Утром селедки не дали, будет, значит, рыбный суп. После завтрака отрабатывали новую инструкцию стрельбы по пикировщику и стрельбу при самообороне. Вот по пикировщику новую стрельбу я одобряю. В таком случае корректировать огонь должен не командир орудия, а установщик прицела и целика, наблюдая за трассой наших снарядов.

После обеда привели в порядок носовой погреб, он почти готов.